сначала женщины и дети джилл пол

Сначала женщины и дети джилл пол

Джилл Пол «Сначала женщины и дети»

У Реджа так сильно тряслись руки, что он не мог удержать газету. Сев на койку и положив газету на старенькое серое одеяло, он ладонями расправил страницы с неровными колонками, набранными мелким шрифтом. Это были списки, где значились имена и фамилии пассажиров, а также каким классом путешествовал каждый из них и из какой страны прибыл.

Он тут же заметил ошибку: итальянца Луиджи Гатти записали испанцем. Можно ли вообще доверять списку, в котором так много элементарных неточностей? Аббинг, Абботт, Абельсон… Эрнст Абботт. Должно быть, это Эрни, который трудился на кухне, а они назвали его пассажиром третьего класса. Бедный старина Эрни…

Редж довёл палец до конца колонки и увидел имя полковника Астора[1]. Ему посвятили не больше слов, чем остальным. И никакими деньгами не купишь место в друuом, более коротком списке, списке выживших. Там были Билл, который спал на соседней Койке, и Этель из буфетной, по прозвищу Толстуха Этель. Стоило бы быть с ней подобрее тогда. Но сейчас нелепо об этом сожалеть.

Когда, миновав несколько колонок, он дошёл до буквы «П», его чуть не вывернуло, сердце бешено забилось. Как же дико увидеть в списке погибших своё собственное имя! Редж отвернулся и постарался сфокусировать взгляд на ветках липы за окном. Из почек уже проклюнулись первые нежно-зелёные листочки. Напротив в сером каменном здании сновал конторский служащий, но Редж не смог разобрать, кто именно: мужчина или женщина. Он (или она) держал в руках бумаги, потом положил их и исчез из виду. Несколько минут Редж потратил на то, чтобы успокоиться, а потом снова взялся за газету.

«Грейлинг Маргарет, первый класс, американка», — прочёл он, и на глаза тут же навернулись слёзы: эта пожилая женщина была его самой любимой пассажиркой. Хотя какая она пожилая, лет сорока с небольшим, наверное, ровесница его матери. В памяти тут же всплыла сцена свидания её мужа и юной красотки, свидетелем которого Редж стал на шлюпочной палубе. Теперь он делил свои воспоминания на «до» и «после»; та сцена случилась «до»: ровно за сорок восемь часов до того, как произошло немыслимое.

Был час ночи, и стюарду-официанту первого класса Реджу Партону уже давно надлежало находиться в койке, однако любопытство завело его на камбуз к мистеру Джофину, который в это время обычно доставал из печи дымящиеся противни со свежеиспечённым хлебом. Добряк Джофин вечно норовил сунуть кому-нибудь горяченькую булочку-другую, особенно по ночам, когда уже успевал принять изрядное количество виски. Главный пекарь был тут на своём месте: он любил кормить людей.

Прошло двенадцать часов с того момента, как судно вышло из Квинстауна, что на южной оконечности Ирландии, и теперь бороздило воды Атлантики. Качка была практически неощутимой (Редж не мог припомнить ничего подобного за всё время своих плаваний!), словно лайнер по-прежнему находился в родной бухте, а не среди океанских волн, и только приглушённый гул моторов напоминал о движении.

«Титаник» был прекрасен, весь новенький и сверкающий! Редж испытывал приятные чувства оттого, что участвует в первом рейсе этого чудо-лайнера, где всё вокруг такое чистенькое и нетронутое. Это судно самое красивое из всех, какие ему доводилось видеть в жизни. Деревянная облицовка сияла, яркий свет люстр разливался по просторным салонам, обилие позолоты, витражей и перламутра восхищало.

Редж находился на борту уже два дня, и если выдавалось свободное время, отправлялся исследовать судно. Каждая из восьми отдельных палуб была длиной почти триста ярдов[2], все они соединялись между собой лифтами и спрятанными в потайных углах трапами. На разных уровнях имелся свой лабиринт бесконечных коридоров с безликими дверями, так что Редж сбился со счёта, сколько раз он терялся в них. Чтобы изучить «Титаник», потребовалось бы несколько месяцев. Он сомневался, знает ли кто-нибудь ещё, помимо, естественно, проектировщиков, где что располагается на огромном пространстве от кормы до носа. Главный конструктор, мистер Эндрюс, сопровождал своё детище в первом плавании, и его частенько можно было видеть в разных местах с записной книжкой в руках.

Редж откусил слишком горячий кусочек булочки, обжёг нёбо и выругался.

— Не будь обжорой, — заметил мистер Джофин.

Юноша бросился к раковине, чтобы налить себе воды, и пока пил, в дверях показался второй помощник капитана — Лайтоллер.

— Чай с печеньем на мостик, мистер Джофин!

Джон Джекоб Астор, миллионер, член богатейшей американской семьи, наряду с Рокфеллерами и Вандербильгами, представлявшей американскую буржуазную аристократию XIX — начала XX веков. — Здесь и далее примечания переводчика.

Источник

Сначала женщины и дети джилл пол

Джилл Пол «Сначала женщины и дети»

У Реджа так сильно тряслись руки, что он не мог удержать газету. Сев на койку и положив газету на старенькое серое одеяло, он ладонями расправил страницы с неровными колонками, набранными мелким шрифтом. Это были списки, где значились имена и фамилии пассажиров, а также каким классом путешествовал каждый из них и из какой страны прибыл.

Он тут же заметил ошибку: итальянца Луиджи Гатти записали испанцем. Можно ли вообще доверять списку, в котором так много элементарных неточностей? Аббинг, Абботт, Абельсон… Эрнст Абботт. Должно быть, это Эрни, который трудился на кухне, а они назвали его пассажиром третьего класса. Бедный старина Эрни…

Когда, миновав несколько колонок, он дошёл до буквы «П», его чуть не вывернуло, сердце бешено забилось. Как же дико увидеть в списке погибших своё собственное имя! Редж отвернулся и постарался сфокусировать взгляд на ветках липы за окном. Из почек уже проклюнулись первые нежно-зелёные листочки. Напротив в сером каменном здании сновал конторский служащий, но Редж не смог разобрать, кто именно: мужчина или женщина. Он (или она) держал в руках бумаги, потом положил их и исчез из виду. Несколько минут Редж потратил на то, чтобы успокоиться, а потом снова взялся за газету.

«Грейлинг Маргарет, первый класс, американка», — прочёл он, и на глаза тут же навернулись слёзы: эта пожилая женщина была его самой любимой пассажиркой. Хотя какая она пожилая, лет сорока с небольшим, наверное, ровесница его матери. В памяти тут же всплыла сцена свидания её мужа и юной красотки, свидетелем которого Редж стал на шлюпочной палубе. Теперь он делил свои воспоминания на «до» и «после»; та сцена случилась «до»: ровно за сорок восемь часов до того, как произошло немыслимое.

Часть первая

Глава 1

Был час ночи, и стюарду-официанту первого класса Реджу Партону уже давно надлежало находиться в койке, однако любопытство завело его на камбуз к мистеру Джофину, который в это время обычно доставал из печи дымящиеся противни со свежеиспечённым хлебом. Добряк Джофин вечно норовил сунуть кому-нибудь горяченькую булочку-другую, особенно по ночам, когда уже успевал принять изрядное количество виски. Главный пекарь был тут на своём месте: он любил кормить людей.

Прошло двенадцать часов с того момента, как судно вышло из Квинстауна, что на южной оконечности Ирландии, и теперь бороздило воды Атлантики. Качка была практически неощутимой (Редж не мог припомнить ничего подобного за всё время своих плаваний!), словно лайнер по-прежнему находился в родной бухте, а не среди океанских волн, и только приглушённый гул моторов напоминал о движении.

«Титаник» был прекрасен, весь новенький и сверкающий! Редж испытывал приятные чувства оттого, что участвует в первом рейсе этого чудо-лайнера, где всё вокруг такое чистенькое и нетронутое. Это судно самое красивое из всех, какие ему доводилось видеть в жизни. Деревянная облицовка сияла, яркий свет люстр разливался по просторным салонам, обилие позолоты, витражей и перламутра восхищало.

Редж откусил слишком горячий кусочек булочки, обжёг нёбо и выругался.

— Не будь обжорой, — заметил мистер Джофин.

Юноша бросился к раковине, чтобы налить себе воды, и пока пил, в дверях показался второй помощник капитана — Лайтоллер.

— Чай с печеньем на мостик, мистер Джофин!

На Реджа он даже не взглянул.

Лайтоллер исчез, а мистер Джофин принялся собирать поднос с чаем.

— И где этого Фреда черти носят, когда он нужен тут? Вышел покурить полчаса назад, и с концами. Ну кто теперь поднос потащит?

— Я могу! — Редж прямо подскочил от энтузиазма. — Пожалуйста, разрешите мне. — Юному стюарду страсть как хотелось побывать на мостике и полюбоваться сверкающими современными приборами. Может, он застанет там самого капитана Смита.

— Тебе там не место, проворчал Джофин. — Это работа Фреда.

— Но Фреда ведь нет. Да они и не заметят, кто принёс чай. Позвольте мне отнести поднос.

Редж поднялся на лифте на шлюпочную палубу и направился к короткому пролёту ступенек, которые вели на мостик. Луна была на исходе, в черноте ночи море сливалось с небом, редкие звёзды светили маленькими точками из далёкой галактики. Свет палубных фонарей приглушили, пока все тысяча триста пассажиров судна мирно спали. Мокрые от солёных брызг ступеньки были скользкими, и Редж старался ступать с особой осторожностью, чтобы не расплескать чай.

Поднявшись на мостик, Редж расстроился, когда увидел, что вместо капитана Смита там стоит и смотрит на океан незнакомый ему дежурный офицер.

— Поставьте туда, — не оборачиваясь, бросил офицер и неопределённо махнул рукой.

Редж надеялся завязать разговор, поспрашивать про назначение различных кнопок, рычагов и современных приборов, но широкая спина офицера не располагала к дружеской беседе.

— Благодарю вас, сэр, — промямлил молодой человек, прежде чем уйти.

Как жаль, что капитана не оказалось на месте. Редж спросил бы его о многом. Два года назад он служил личным официантом капитана и знал, что этот старик с окладистой бородой был весьма добродушным, хоть и

Источник

Сначала женщины и дети

Джилл Пол

boocover

12 февраля 2021 г. 15:27

Эта книга обещала всё это. И, действительно, в отличие от книги Уолтера Лорда «Последняя ночь Титаника», которая основана на строго документальном материале, она художественная и, значит, эмоции должны были быть представлены очень ярко.

Первая часть книги не разочаровала. Очень хорошо представлена жизнь…

1.JiBnMqyl6S 1.JiBnMqyl6S

21 августа 2020 г. 19:53

5 Сначала женщины и дети

Ужас парализовал так, что я не могла пошевелиться. За считанные минуты океан поглотил корпус корабля, будто его и не было вовсе. Ледяные воды Северной Атлантики мгновенно высасывали силы несчастных, попадавших за борт, а над поверхностью неслась звуковая волна – коллективный вой отчаяния и безысходности.⠀

«Судно содрогалось, словно громадный раненый зверь в агонии, из последних сил стремящийся противостоять судьбе».⠀

Всем известно, что при крушении «Титаника» людей погибло куда больше, чем выжило, что спасательных шлюпок катастрофически не хватало, многие пассажирки первого класса отказывались в них садиться, не веря в реальность опасности, а третьему классу мест попросту не хватило.⠀

Но немногие знают, как сложилась жизнь спасшихся, как они себя чувствовали после трагедии. Прибыли ли…

1.JiBnMqyl6S 1.JiBnMqyl6S

9 августа 2020 г. 19:56

В отзыве много спойлеров!

Книга заинтересовала, потому что описывает жизнь пассажиров «Титаника» после катастрофы. Три вымышленных главных героя по разным причинам отплывают на «Титанике» в Нью-Йорк. Редж Партон находится на службе в «Уайт Стар Лайн» и в этом плавании выполняет обязанности стюарда-официанта первого класса. Леди Джульетта Мейсон-Паркер путешествует первым классом вместе с матерью. Они уехали от родственников и знакомых, чтобы скрыть незаконную беременность. Джульетта планирует дождаться в сельской глуши родов, отдать ребенка на усыновление и вернуться в Англию, а ее мать надеется поймать богатого американца на крючок аристократического происхождения и устроить быстрый брак, чтобы приписать этого ребенка ему. Энни Макгьюэн плывет с четырьмя детьми третьим классом к своему…

1.JiBnMqyl6S 1.JiBnMqyl6S

26 июля 2020 г. 13:53

Мне кажется, нет ни одного человека, который бы не знал про эту трагедию. Прошло уже 108 лет, но экспедиции на затонувшее судно не прекращаются до сих пор.

Отснято множество документальных фильмов, рассказывающих об этой трагедии, шаг за шагом восстановлена картина произошедшего, но все равно каждый раз задаёшься вопросом: «Как же так могло случиться?». Какое-то стечение…

Источник

Сначала женщины и дети

Джилл Пол

boocover

«Титаник» тонул стремительно. Воды Северной Атлантики сомкнулись над ним ровно через два часа сорок минут после столкновения с айсбергом. Ушли на дно вслед за судном или за считанные минуты окоченели, плавая в ледяной воде, сотни несчастных, находившихся на борту в тот злополучный рейс. Разве могли они даже помыслить, какая страшная участь им уготована? Сверхсовременный лайнер казался таким надежным…

Главным героям романа — нескольким пассажирам и молодому стюарду Реджу — посчастливилось оказаться среди спасенных. Но это очень непросто — жить дальше, когда тени погибших сопровождают тебя постоянно.

Лучшая рецензия на книгу

3 «Вокруг раздавались стоны и крики о помощи, но все они прилетали словно откуда-то издалека»

История, произошедшая в ночь на пятнадцатое апреля 1912 года будет всегда интересна людям любого поколения.

Роман Джилл Пол «сначала женщины и дети» это трагическая история Титаника, сломавшего судьбы сотни людей. Можно ли было иначе среагировать на катастрофу? Была ли возможность спасти больше людей? Эти и многие другие вопросы навсегда останутся на дне Атлантического океана.

В романе затронута тема ни сколько самой катастрофы, здесь читателю предоставлено широкое поле для размышления над чувствами спасшихся.

Тем кому удалось спастись пришлось нелегко, и как жить после с чувством вины за тех кто не выжил.

Это не документальный роман о событиях той последней…

1.JiBnMqyl6S 1.JiBnMqyl6S

Твердый переплет, 480 стр.

Возрастные ограничения: 16+

Рецензии

3 «Вокруг раздавались стоны и крики о помощи, но все они прилетали словно откуда-то издалека»

История, произошедшая в ночь на пятнадцатое апреля 1912 года будет всегда интересна людям любого поколения.

Роман Джилл Пол «сначала женщины и дети» это трагическая история Титаника, сломавшего судьбы сотни людей. Можно ли было иначе среагировать на катастрофу? Была ли возможность спасти больше людей? Эти и многие другие вопросы навсегда останутся на дне Атлантического океана.

В романе затронута тема ни сколько самой катастрофы, здесь читателю предоставлено широкое поле для размышления над чувствами спасшихся.

Тем кому удалось спастись пришлось нелегко, и как жить после с чувством вины за тех кто не выжил.

Это не документальный роман о событиях той последней…

1.JiBnMqyl6S 1.JiBnMqyl6S

12 февраля 2021 г. 15:27

Эта книга обещала всё это. И, действительно, в отличие от книги Уолтера Лорда «Последняя ночь Титаника», которая основана на строго документальном материале, она художественная и, значит, эмоции должны были быть представлены очень ярко.

Первая часть книги не разочаровала. Очень хорошо представлена жизнь…

Источник

Читать “Сначала женщины и дети”

Джилл Пол «Сначала женщины и дети»

У Реджа так сильно тряслись руки, что он не мог удержать газету. Сев на койку и положив газету на старенькое серое одеяло, он ладонями расправил страницы с неровными колонками, набранными мелким шрифтом. Это были списки, где значились имена и фамилии пассажиров, а также каким классом путешествовал каждый из них и из какой страны прибыл.

Он тут же заметил ошибку: итальянца Луиджи Гатти записали испанцем. Можно ли вообще доверять списку, в котором так много элементарных неточностей? Аббинг, Абботт, Абельсон… Эрнст Абботт. Должно быть, это Эрни, который трудился на кухне, а они назвали его пассажиром третьего класса. Бедный старина Эрни…

Редж довёл палец до конца колонки и увидел имя полковника Астора[1]. Ему посвятили не больше слов, чем остальным. И никакими деньгами не купишь место в друuом, более коротком списке, списке выживших. Там были Билл, который спал на соседней Койке, и Этель из буфетной, по прозвищу Толстуха Этель. Стоило бы быть с ней подобрее тогда. Но сейчас нелепо об этом сожалеть.

Когда, миновав несколько колонок, он дошёл до буквы «П», его чуть не вывернуло, сердце бешено забилось. Как же дико увидеть в списке погибших своё собственное имя! Редж отвернулся и постарался сфокусировать взгляд на ветках липы за окном. Из почек уже проклюнулись первые нежно-зелёные листочки. Напротив в сером каменном здании сновал конторский служащий, но Редж не смог разобрать, кто именно: мужчина или женщина. Он (или она) держал в руках бумаги, потом положил их и исчез из виду. Несколько минут Редж потратил на то, чтобы успокоиться, а потом снова взялся за газету.

«Грейлинг Маргарет, первый класс, американка», — прочёл он, и на глаза тут же навернулись слёзы: эта пожилая женщина была его самой любимой пассажиркой. Хотя какая она пожилая, лет сорока с небольшим, наверное, ровесница его матери. В памяти тут же всплыла сцена свидания её мужа и юной красотки, свидетелем которого Редж стал на шлюпочной палубе. Теперь он делил свои воспоминания на «до» и «после»; та сцена случилась «до»: ровно за сорок восемь часов до того, как произошло немыслимое.

Часть первая

Глава 1

Был час ночи, и стюарду-официанту первого класса Реджу Партону уже давно надлежало находиться в койке, однако любопытство завело его на камбуз к мистеру Джофину, который в это время обычно доставал из печи дымящиеся противни со свежеиспечённым хлебом. Добряк Джофин вечно норовил сунуть кому-нибудь горяченькую булочку-другую, особенно по ночам, когда уже успевал принять изрядное количество виски. Главный пекарь был тут на своём месте: он любил кормить людей.

Прошло двенадцать часов с того момента, как судно вышло из Квинстауна, что на южной оконечности Ирландии, и теперь бороздило воды Атлантики. Качка была практически неощутимой (Редж не мог припомнить ничего подобного за всё время своих плаваний!), словно лайнер по-прежнему находился в родной бухте, а не среди океанских волн, и только приглушённый гул моторов напоминал о движении.

«Титаник» был прекрасен, весь новенький и сверкающий! Редж испытывал приятные чувства оттого, что участвует в первом рейсе этого чудо-лайнера, где всё вокруг такое чистенькое и нетронутое. Это судно самое красивое из всех, какие ему доводилось видеть в жизни. Деревянная облицовка сияла, яркий свет люстр разливался по просторным салонам, обилие позолоты, витражей и перламутра восхищало.

Редж находился на борту уже два дня, и если выдавалось свободное время, отправлялся исследовать судно. Каждая из восьми отдельных палуб была длиной почти триста ярдов[2], все они соединялись между собой лифтами и спрятанными в потайных углах трапами. На разных уровнях имелся свой лабиринт бесконечных коридоров с безликими дверями, так что Редж сбился со счёта, сколько раз он терялся в них. Чтобы изучить «Титаник», потребовалось бы несколько месяцев. Он сомневался, знает ли кто-нибудь ещё, помимо, естественно, проектировщиков, где что располагается на огромном пространстве от кормы до носа. Главный конструктор, мистер Эндрюс, сопровождал своё детище в первом плавании, и его частенько можно было видеть в разных местах с записной книжкой в руках.

Редж откусил слишком горячий кусочек булочки, обжёг нёбо и выругался.

— Не будь обжорой, — заметил мистер Джофин.

Юноша бросился к раковине, чтобы налить себе воды, и пока пил, в дверях показался второй помощник капитана — Лайтоллер.

— Чай с печеньем на мостик, мистер Джофин!

На Реджа он даже не взглянул.

Лайтоллер исчез, а мистер Джофин принялся собирать поднос с чаем.

— И где этого Фреда черти носят, когда он нужен тут? Вышел покурить полчаса назад, и с концами. Ну кто теперь поднос потащит?

— Я могу! — Редж прямо подскочил от энтузиазма. — Пожалуйста, разрешите мне. — Юному стюарду страсть как хотелось побывать на мостике и полюбоваться сверкающими современными приборами. Может, он застанет там самого капитана Смита.

— Тебе там не место, проворчал Джофин. — Это работа Фреда.

— Но Фреда ведь нет. Да они и не заметят, кто принёс чай. Позвольте мне отнести поднос.

Редж поднялся на лифте на шлюпочную палубу и направился к короткому пролёту ступенек, которые вели на мостик. Луна была на исходе, в черноте ночи море сливалось с небом, редкие звёзды светили маленькими точками из далёкой галактики. Свет палубных фонарей приглушили, пока все тысяча триста пассажиров судна мирно спали. Мокрые от солёных брызг ступеньки были скользкими, и Редж старался ступать с особой осторожностью, чтобы не расплескать чай.

Поднявшись на мостик, Редж расстроился, когда увидел, что вместо капитана Смита там стоит и смотрит на океан незнакомый ему дежурный офицер.

— Поставьте туда, — не оборачиваясь, бросил офицер и неопределённо махнул рукой.

Редж надеялся завязать разговор, поспрашивать про назначение различных кнопок, рычагов и современных приборов, но широкая спина офицера не располагала к дружеской беседе.

Источник

Adblock
detector